ЗАВОЮВАННЯ РАЮ
(Гімн Б Р А Т С Т В А)

...Не просто є ми і будемо:
У нас є Світла Мета –
Її ми втілимо, здужимо
Во славу Христа!

Вогненна хвиля здіймається
Від Шамбали до Карпат:
Євразія прокидається,
Бо так велів Старший Брат!

Ми знаємо – ще ми станемо
Взірцем для нових віків,
Повстане наша Імперія
Від Криму до Соловків!

Ми маємо ще накреслити
Нащадкам сонячний путь,
Ми шлях до неба протопчемо,
Життя осягнемо суть!

На Страшнім Суді ми станемо
По правий бік від Христа;
Уся Земля з океанами –
Наша мета!

Ми спалимо Враже логово
(Хай нас оббріхують пси!),
Замкнемо Коло Сварогове –
Скінчимо Темні Часи!

Боги глядітимуть заздрісно,
Коли настане наш час –
Земля охоче та радісно
Ляже під нас!

19.01.2005

***
ІМЕНЕМ СВЯТОГО ДУХА

...Є три підстави у Буття:
Смерть, зброя і жінки з засмаглими ногами...
Дм. Корчинський

Смерть, зброя…
І засмаглії жінки –
За них на подвиг йдуть чоловіки…
Але – найкращі дістаються гнидам,
А зброю загребли менти й „бики”...

Смерть, кралі та коханий АКМ...
Всі три – могли б здолать душевний щем,
Якби: любити – панну,
вмерти – гарно,
чи – не було б з набоями проблем!

Красуні, зброя, коні, мандри, смерть...
Ідіть і захопіть Земную твердь
І встановіть права собі такі:
Смерть, Влада і Божественні Жінки!

26.06.2005

***
Дм. Корчинскому

Ласточки летают высоко
НАДО ЖИТЬ И УМИРАТЬ – ЛЕГКО…
Просто жить, без морочных затей,
По закону мудрости своей:
Ласточкой взмывая в небеса,
Ветру подставляя паруса…
Чтоб и вправду
Т а к могли мы жить,
Нужно
что-то вечное творить:
Каждый чтоб твой шаг, и вдох, и стон
ВЫСШИМ СМЫСЛОМ был бы озарён,
Чтоб твой смех – то редкостный талант! –
Порождал
рубин иль бриллиант,
Каждое чтоб слово в мир несло
Высшей пробы – иль Добро, иль Зло,
И чтоб Смерть, придя закрыть сезон,
Подкралась на цыпочках, как сон…
И ещё завет – унизить страх,
Умереть
с усмешкой на устах,
Помня: мудрым (в это твёрдо верь!)
Край могилы – не черта, но дверь;
Им ладьъй межмирной служит гроб…
Смерть?
Привратник! Дворовой холоп…
Сбрось небрежно на руки её
Тело, отслужившее своё,
Будто плащ, изношенный до дыр:
Ты оставил СОВЕРШЕННЫЙ МИР!
Мир, в который ТЫ принёс Закон,
Мир, что был ТОБОЙ преображён –
Стал в итоге лучшим из миров
И таким пребудет век веков…
Пусть не навсегда
(а что ж – навек?),
Но – ТВОЕЮ волей, человек,
Непогодь
безмерно далеко:
Ласточки летают высоко!

***
УДАЧА

Когда ты должен с прорванного фронта
В тыл вывести израненных людей,
Когда пустыня лишь – до горизонта:
Мир льдов, песков иль гаснущих углей;
И в ней
не отыскать ориентира:
Сгорели карты, бросил проводник;
Отчаянье сочится из эфира
И самый стойкий головой поник…

Когда решишь, что силы на исходе,
Что побеждён ты в жизненной борьбе,
Что более ты ни на что не годен
И возопишь от жалости к себе;
Когда решишь ты : Зло забыло меру,
Назад не заманить в пустой сосуд,
Когда в друзей ты потеряешь веру,
Найдя в них затаившихся иуд;
Или напротив – слишком их жалея,
Не в силах на страдания смотреть,
Подумаешь: мол, было бы честнее
Добить – а после рядом умереть!
И изготовишь верное оружье
К последней службе, стон давя в груди…
Чуть-чуть помедли! Присмотрись получше –
То не мираж ли? Нет! Гляди, гляди:

По льду ли, по угольям ли, не плача,
Как в шёлковом плаще –
В распущенной косе,
Навстречу босиком идёт Удача:
Сердитая, как все,
Упорная, как все…

***
УЛЬТРАПРАВІ ЛІВОРАДИКАЛИ
(колискова)

Спи, маленький, чом тобі не спиться?
Все одно – нема шляху назад!
Хай насниться файна молодиця,
З прапором – на гребні барикад.

Хай насняться тигри і шакали,
Носороги, бойові слони,
Ультраправі ліворадикали,
Що виходять на стежку війни.

Ультраправі ліворадикали
Бойові сокири підняли,
Вішають “уродів” та “шакалів”,
Скидають у прірву зі скали.

Чути гуркіт у сесійній залі –
Там триває радісний процес:
Ультраправі ліворадикали
Смикають затвори АКС...

Спи, малий, бо сили для звитяги
Мають буть: нема шляху назад...
Хай тобі насняться наші стяги
По-над містом, повним барикад!

***
ОДА ФОНАРЯМ…

За рога мы
Ещё не скрутили быка:
Фонари «олигархов» скучают пока –
Выступает на шкуре у сволочи жир…

Сквозь прицельную рамку исследуя мир,
Сделать лучше хотим его, чище, добрей,
Пусть – ценой оскверненья ночных фонарей,
Пусть – ценою картечного залпа в живот,
Пусть – ценой «одиночки»,что каждого ждёт,
Пусть – ценою тротила на поясе,
Пусть –
Несусветной ценою: «УК – наизусть»…

Мы готовы платить,
Мы готовы отдать
Судьбы – в жертву Фемиде (которая - блядь!),
Если взрыв, если выстрел,
Петля и кастет
В самом деле
Способны приблизить Рассвет!

Мы так мало хотим –
Жить в нормальной стране!
А они нас толкают к гражданской войне…
Столь упорно толкают к стене баррикад,
Что порою их жаль –
Сами просятся в Ад!

P.S.: Фонари негодяев –досадно пусты,
Но грядущий Рассвет – неземной красоты!

***
В О Л К

І. Неволя


И в жгучий холод, и в палящий зной
Кружу я за решетчатой стеной.
Я старый зверь, но не возьму я в толк,
Зачем плакат на ней: "Опасно – волк"?
Я, выродок, подобный сатане,
Хочу спросить: опасно – вам? иль мне?

Я волк, я хищник, в этом суть моя.
Родился я в пещере у ручья,
В глухом лесу, под старою сосной,
Что тень дарит густую в летний зной.
Буравит память изнутри висок:
Беззубой пастью нахожу сосок,
Сдавил, тяну в себя – и из соска
Течет мне в глотку струйка молока...

Я был одним из четырех волчат
(И каждый глуп, и каждый жизни рад!)
И в жизнь с восторгом окунулся я,
Но был недолог этот рай зверья.
(О, знать бы мне, куда родился я!
Зачем мой бог, жестокий, как вампир,
Мне повелел явиться в этот мир,
Зачем волчицын маточный мешок
Меня исторг в сплошной кошмар и шок?)

Финал эдема волчьего таков:
Двуногие пришли губить волков.
Им преградил дорогу мой отец
И принял в грудь у логова свинец.
Напрасно волк не лезет на рожон,
Но защищать волчат велит Закон,
И смерть не в силах волка испугать,
И прыгнула на волкодавов мать!
Неистов был итоговый прыжок,
И выстрел на лету ее прожег...
Затем с опаской подошли к дыре,
Троих волчат прикончили в норе.
Из выводка остался я один -
Потомок Вожака, волчицы сын.
Мне сохранили жизнь, но взяли в плен –
Как жаль, что не подох я в этот день!

А дальше завертелась кутерьма -
Так долго кровь мою пила тюрьма,
В таких марала дёгте и смоле,
Что в доброе не верю на земле!
Я стал рабом, последним из рабов.
Сменил без счета клеток и столбов,
Изведал "нежность" цепей и бичей,
Познал на шкуре "ласку" палачей,
Сумевших чувства напрочь заглушить
В потёмках искалеченной души,
Оставив только ненависть и злость,
Что въелись в сердце, печень, кровь и кость,
Да в ранах глаз - безмерная тоска,
Что тронет и пустого дурака…

Я зверь, я хищник, беспощадный волк...
К решётке прислоню облезлый бок
С печатями побоев и огня:
Глазейте же, любуйтесь на меня!

P.S. А ты, смотритель, что несёшь еду –
Неси… Но помни: я не раб! Я жду…

ІІ. Воля

Свободен! Свершилось! Разиня – смотритель
с растерзанным горлом, осклабясь, лежит.
Он думал, что он – над зверьем повелитель,
что глупая гибель ему не грозит.

Поэтому так беззаботно и смело
Он в клетку шагнул, сняв тяжёлый замок.
Я прыгнул – и кровь его, хлынув из тела,
забрызгала стены и грязный песок.

Свободен! Свершилось! Скорее, скорее,
Покуда двуногих поблизости нет!
В рассветном тумане бегу по аллеям –
впервые за десять (иль сколько там?) лет…

И справа, и слева – чугунные клетки;
в них люди велели томиться зверью.
Прощайте, соседи мои и соседки,
приветствуйте воем победу мою!

Прощайте! Я всем вам свободы желаю
(хоть вряд ли кому-то еще повезет,
как мне)...
Я тюрьму навсегда покидаю,
но что меня там, за оградою ждет?

Там – город: огромный, враждебный не только
зверью, но и людям, создавшим его!
В нем едкого дыма и грохота столько,
что глупо ждать помощи от моего
кипящего мозга – капкана рефлексов:
служить не хотят обонянье и слух…
Но все же я вырвусь, я выберусь к лесу,
А если погибну – избавлюсь от мук!

Скорее, скорее! По улицам грязным
бегу по наитью, не зная куда
несут меня ноги – сплошь в струпьях и язвах;
бежать очень больно, но боль – ерунда!

Окраина града – преддверие ада…
Облава…
Достали? Готовы стрелять?
Но всё же вперёд, и другого – не надо,
Живым – не возьмёте!
А мёртвым – плевать…